Category: игры

Category was added automatically. Read all entries about "игры".

Шахматы в Пашковом Доме (5), или Торжественное закрытие

ТЗ началось часа через полтора после окончания последней партии тура. Которая, как известно, изрядно затянулась и закончилась только на 85-м ходу.
Говорят, был фуршет для участников, – эту новость принес кто-то из зрителей. Проще говоря, покормили их перед вручением. Опасаясь, видимо, того, что если делать фуршет после закрытия-вручения, половина игроков разбежится по своим делам. Не знаю, все может быть.
Так или иначе, часа полтора, может, чуть меньше народ маялся. Как досидели до закрытия те люди, которые пришли к началу тура (сегодня оно было на два часа раньше, чем обычно, в 13.00), я просто не представляю. Сам я, хотя и пришел на турнир что-то около трех часов дня, обнаружил себя стоящим в 21.30 на станции метро «Библиотека им. Ленина» (зову ее так по старой и неискоренимой уже привычке) уже в сильно замотанном состоянии.
 
Ремарка для слабонервных: этот пост получается монструозным, что-то около сорока фотографий.


Магнус Карлсен с кубком. Приз – пополам с Ароняном, а вазочку – Карлсену. У него лучшие дополнительные показатели, в девяти турах сыграл на одну партию больше черными.


Collapse )

Первые две части репортажа о заключительном дне Мемориала Таля:

Шахматы в Пашковом Доме (3)
Шахматы в Пашковом Доме (4)

Эротика спасет шахматы





Последний кадр сюжета о свалке в Тучкове Московской области из последней программы Марианны Максимовской «Неделя» (PЕН ТВ, 02.07.2011). Помещаю его здесь, поскольку френд kalitka_man безжалостно и хладнокровно, злокозненно и злоехидно погубил созданное и выпестованное им некогда сообщество dachess, превратив его в витрину чуждого нам буржуазного образа жизни и самой низкопробной эротики. Так что сунуться с этим кадриком больше некуда.

Хотя, возможно, будущее шахмат – как раз в уходе от безумного семичасового контроля, несовместимого со здоровьем и продолжительностью жизни постсоветского человека, и переходе к эротике во всевозможных видах. Ясно, что обещанная вождями ФИДЕ и РШФ модернизация процесса шахматной игры не сможет обойтись без оголения и демонстрации оголенного. Максимовская неназойливо подсказывает нам: часы с семичасовыми контролями – на свалку, Карпова и Каспарова – на свалку, а вместо них – Мирославу Карпович в сексуальном нижнем белье, а лучше без. Шахматистки в бикини, жонглирующие футбольным мячом на зеленом газоне, – это только начало. Впрочем, возможно это были и не шахматистки, но, в конце концов, это неважно – важен тренд.

Небольшое усилие – и журнал «Плейбой» станет титульным спонсором матча на первенство мира, а старина Хью Хефнер станет искать близости с шахматистками и даже, возможно, с шахматистами.
Спасибо, Марианна, спасибо за все!

Андрэ Лилиенталь, 1911–2010

67.31 КБ

Сегодня ночью наткнулся в интернете на информацию о том, что пять дней назад, 8 мая, умер гроссмейстер Андрэ Лилиенталь. Легендарный шахматист, еще в 1935 г. выигравший знаменитую партию у Капабланки, чемпион СССР 1940 года. Ему было 99 лет. Достойный, всеми уважаемый человек. Мнительный, недоверчивый и, похоже, чуть сумасшедший Фишер жил у Лилиенталей в Будапеште месяцами, любил этот дом, доверял хозяевам и уважал их. Часто анализировал с хозяином шахматные партии, хотя, по словами Лилиенталя, они никогда не играли.

Матч сборная России – сборная мира, 2002 г., Кремлевский дворец съездов. Андрэ Арнольдович сидит за столиком перед монитором, высоко, чуть выше уровня сцены. Чтобы попасть в зал, где зрители, надо спуститься на десяток ступенек вниз. С ним рядом – один или два человека, сопровождающие, гроссмейстер уже не в том возрасте, чтобы ходить куда-то одному.
Вроде бы собрался встать, куда-то идти. Подхожу.
– Андрэ Арнольдович, не могли бы вы подписать вот такую книгу?
Протягиваю книжку.
– Сейчас очки достану.
Достает, смотрит. Видит название: «Андре Лилиенталь». Из так называемой
«черной серии». Но в скромном варианте, в бумажной обложке, а не в твердом переплете. Так издавали книги о шахматистах крупных, но все же не первого ряда. Микенас. Кобленц. Гуфельд. Панов. Макагонов. Рагозин. Константинопольский. Александр Зайцев.
Пишет (к моему удивлению): «На добрую память...» Пишет медленно, тщательно. До того мне только оставляли автографы...
– Кому?
– Сергею Королеву.
– Как?
– Сергею Королеву.
Наверное, не расслышал фамилию.
– Я напишу – Сергею.
Написал. Тщательно, выводя букву за буквой, расписался: “Андре Лилиенталь”, – но слитно, как бы в одно слово.
– Андре Арнольдович, – говорю я, – а мне однажды довелось сыграть с вами партию... Году в 1965-м вы давали сеанс на десяти досках с часами юношеской сборной Москвы. В Центральном шахматном клубе.
– Не помню.
– Главное, что я помню.
– А как закончилась партия? – вдруг поинтересовался гроссмейстер.
– Ничья, недлинная. Вы сыграли белыми в сицилианке вариант со слон бе-пять...
Рукопожатие, c моей стороны очень почтительное. Отхожу, почти счастливый.
Не видел, чтобы кто-то еще брал автограф у Лилиенталя.
Он действительно надписал мне книгу на долгую память, вполне искренне. И память эта останется.

Днем раньше возле Кутафьей башни я видел, как он уходил. Ходил плохо, его поддерживали с двух сторон. Все-таки девяносто второй год. Хотя на закрытии матча на сцену поднялся почти без посторонней помощи. И только когда он уже преодолел лестницу, ведущий мероприятия Александр Рошаль подал ему руку.

И еще один эпизод.
В последний день суперматча Каспаров – Крамник, 9 декабря 2001 г., когда соперники состязались в игре «блиц», и Каспаров пытался в последний раз подтвердить свои амбиции и доказать, что он все же сильнее, в Колонном зале Дома союзов появился Лилиенталь. Он вошел в зал в перерыве между партиями, и, как мне показалось, мало кто из зрителей обратил на него внимание. Да и кто из современных болельщиков знает в лицо Андре Лилиенталя? Андре Арнольдович шел тяжело, опираясь на палочку, и пиджак висел у него на плечах, подчеркивая их старческую худобу. Рядом с ним двигался один из известных шахматных журналистов, высматривавший для гроссмейстера место в первых рядах, так, чтобы было недалеко от прохода. И тут Лилиенталь заметил Смыслова, сидящего, как и обычно на этом матче, ряду примерно в седьмом партера, естественно, рядом с супругой Надеждой Андреевной. Лилиенталь приблизился к нему и, вместо приветствия, неожиданно погладил его сзади по голове, совершенно седой голове 80-летнего экс-чемпиона мира... Я видел это своими глазами, с балкона, из ложи прессы, этот замечательный, исполненной нежности и уважения к другу и коллеге жест.
Эти люди уходят, и вместе с ним уходит их мир.
Андрэ Арнольдович держался дольше всех и прожил нелегкие 99 лет, почти век. Но, увы, человек не вечен.

А вообще интернет – страшная вещь. Ходишь, бродишь по сайтам, по живым журналам, часто ночью, в состоянии совершенно расслабленном, почти умиротворенном – и вдруг бац, как обухом по голове – такого-то человека, которого ты знал, с которым ты общался, которого ты помнил и помнишь, больше нет. Вот так из интернета, вдруг, напоровшись на фразу, даже не на фразу, а на придаточное предложение, я когда-то узнал, что нет уже моего тренера Владимира Николаевича Юркова, человека, который когда-то трижды подряд вывел Аллу Кушнир на матчи на первенство мира с Гаприндашвили, воспитал Андрея Соколова, нашел и воспитал юного Морозевича. И что нет больше Игоря Иванова, советского матера и несоветского гроссмейстера, с которым мне довелось играть в юношеских первенствах «Труда», и что нет Валентина Арбакова, возможно, равного Талю игрока блиц, а в годы его пребывания в шахматной секции Московского Дворца пионеров – победителя пионерских олимпиад… И это только люди из шахматного мира, а сколько еще таких миров у каждого из нас…
Грустно жить на белом свете, господа.

На фото: примерно так выглядел Андрэ Лилиенталь в те годы, когда мне посчастливилось встретиться с ним за шахматной доской…
Отсюда.

Перепутали с Талем?

Сегодня 120 лет со дня рождения великого шахматиста Хосе Рауля Капабланки.
В связи с этим забавная фраза прозвучала в программе «Эхо Москвы» «Ну и денек!»:
«Его стиль был чрезвычайно зрелищным…»

Запах шахмат

Услышал здесь краем уха старый-престарый анекдот:
Муж приходит домой поздно ночью. Жена спрашивает: «Где был?» Муж: «В шахматы играл!» – «А почему от тебя водкой пахнет?» – «А что, от меня шахматами должно пахнуть?»
И тут я задумался: а действительно, как пахнут шахматы? Вспомнил запах своих самых первых шахмат. Потом запах шахмат, которые мне подарили родители на мой 12-й день рождения. К этому времени я уже три года занимался в шахматной секции на Стадионе юных пионеров.
Они, кстати, привернули на боковую строну доски металлическую плашечку, где было выгравировано: «Сереже в день рождения…» ну, и так далее. Раньше такие гравированные плашечки можно было заказать во многих продовольственных магазинах и тем более универмагах: там были окошечки, в которых сидели граверы, чаще всего инвалиды.
Так вот, шахматы моего детства пахнут лаком, новые – сильнее, старые – слегка, но ощутимо.

Фишер ушел в 64


Скончался Роберт Фишер. 64 – символический возраст для шахматиста, да не только для шахматиста, если вспомнить знаменитую композицию Битлз. Фишер первым после второй мировой войны бросил вызов советской шахматной школе – и добился своего, стал чемпионом мира. Фишер упрямо боролся за повышение собственных гонораров и, следовательно, за повышения гонораров шахматистов высшего уровня вообще. «Фишер – наш профсоюз», – пошутил, кажется, Борис Спасский. Хотя, наверное, сказать о гонорарах и ограничиться этим, неправильно: в конце концов Фишер боролся за уважение к шахматистам и к шахматам.

Я бы сказал, что Фишер представлял собой новый, невиданный ранее тип шахматиста: тип абсолютного шахматного фанатика. Для других великих все же существовало в жизни еще что-то кроме шахмат: семья, друзья, развлечения, творческая работа, женщины, наконец… Для Фишера кроме шахмат, кажется, не существовало ничего.

Несмотря на тяжелый характер, Фишер заслужил уважение своих коллег. В 2004 г. он был арестован в Японии за просроченный паспорт и провел несколько месяцев в японской депортационной тюрьме. Японские власти едва не выдали его США, где ему грозил серьезный тюремный срок. В самый разгар «дела Фишера» Борис Спасский послал президенту Бушу письмо: «Мы с Бобби совершили одно и то же преступление. Играли в запретной зоне, то есть на территории независимой в то время Югославии. Примените санкции также против меня, посадите нас в одну камеру и дайте нам шахматы».

Популярность Фишера в России была колоссальной. Помню, весной 1998 г. у нас на «Эхе Москвы» был большой двухчасовой эфир: Алексей Кашпур, покойный Константин Кравинский и я беседовали с, увы, тоже  покойным ныне Александром Борисовичем Рошалем. Ну, и радиослушатели, естественно, звонили. Так вот, без преувеличения, чуть ли не половина вопросов, поступавших от слушателей, касалось Фишера. Как Фишер, что Фишер, вернется ли Фишер? Что поделывает Фишер? Александр Борисович рассказывал о своих встречах с Фишером в Будапеште и имел бешеный успех…

На фотографии – Фишер молодой, красивый, полный энергии и даже немного похожий на актера немого кино. Фото отсюда. 

dachess , мой пятничный пост.